Главная » Экономика » Почему Минфин не может собрать дивиденды с госкомпаний

Почему Минфин не может собрать дивиденды с госкомпаний


Кому принадлежат госкомпании? Казалось бы, ответ в самом вопросе — конечно, государству! Но, когда начинаешь чуть погружаться в тему, на память приходит «Экзамен на чин» Чехова, там незадачливый соискатель чина на вопрос: «Какое правительство в Турции?» дал очевидный ответ: «Известно какое, турецкое…», но попал впросак.

Из классических функций собственности (владение, пользование и распоряжение) ключевая — распоряжение, а здесь в госкомпаниях возникают чиновники-управленцы с интересами, необязательно совпадающими с государственными. Проблема еще и в том, что принимаемые в госкомпаниях решения далеко не всегда диктуются чисто экономическими интересами.

Минфин заложил в бюджет-2018–2020 получение 50% дивидендов от госкомпаний (для сравнения: в Европе доля дивидендов госкомпаний, направляемых в госбюджет, доходит до 70%) и оценил их примерный ежегодный уровень в 400 млрд рублей. Казалось бы, ну и в чем проблема? Ведь правительство вправе получать с госкомпаний любые дивиденды — хоть 100%.

Однако факт состоит в том, что получить искомые суммы не получается. Татьяна Голикова, председатель Счетной палаты, предупредила: хотя в 2017 году дивиденды от госкомпаний должны принести в бюджет 483,9 млрд руб., «сейчас уже очевидно для нас, что 205 млрд руб. мы недополучим».

Налицо полоса препятствий. Начать с того, что «правило 50%» должно распространиться и на госбанки, а крупнейший среди них — Сбербанк — правительству не принадлежит, его собственником является ЦБ. Но это — меньшая из проблем. По каждой госкомпании нужно индивидуальное решение. А как показывает практика, правительство хронически не может добиться «раскулачивания», например «Роснефтегаза».

Причин по большому счету две. Техническая — в том, что для того, чтобы появились дивиденды, нужна чистая прибыль, а она — величина счетная. По итогам 2016 года «Роснефтегаз» перечислил в бюджет 717 млрд руб. от продажи 19,5% «Роснефти», но до дивидендов дело так и не дошло: «Роснефтегаз» показал технический убыток в 90,4 млрд руб. Атака Минфина окончательно захлебнулась после обсуждения у президента, а позиция Владимира Путина известна: «Роснефтегаз» и так финансирует ряд приоритетных проектов, включая производство самолетов для региональных линий, электростанции в Калининградской области и верфь «Звезда», которая принадлежит «Роснефти». Так что только бухгалтерией и переходом на МСФО, что затрудняет манипуляции с расчетами чистой прибыли, дивиденды не обеспечить.

Главная проблема, таким образом, политическая. Что иллюстрирует заступничество президента не только за «Роснефтегаз», но и за «Газпром». В 2016 году, по оценке Владимира Путина, чистая прибыль «Газпрома» «бумажная» и «реального денежного потока нет». Точки над «i» расставил вице-премьер Аркадий Дворкович: вопрос дивидендов «не обсуждается. Все связано с инвестпрограммами и с налоговой политикой, все надо в комплексе смотреть».

Отсюда несколько выводов. Во-первых, госкомпании — и прежде всего «Газпром» — выполняют в том числе и политические задачи. Поэтому чисто бухгалтерский подход к их взаимодействию с бюджетом имеет исключения.

Во-вторых, учитывая усложняющуюся структуру собственности на ряд госкомпаний, с позиций бюджета выгоднее рост их налогообложения, чем постоянно срываемые планы получения дивидендов.

В-третьих, провалы в получении бюджетом дивидендов интересно сравнить с провалами планов по приватизации. Если их совместить, получается любопытная картина: с одной стороны, пробуксовка приватизации означает, что все разговоры об избыточности доли государства в экономике так и остаются разговорами. С другой стороны, срывы в планах получения дивидендов свидетельствуют, что интересы менеджмента госкомпаний не совпадают с интересами государства и бюджета.

Отсюда два следствия. Первое — если этот конфликт интересов никак не замечается, то интересы менеджмента могут оказаться выше интересов государства. Второе — если требуется политическое вмешательство, то это свидетельство ручного управления госкомпаниями, что также далеко не гарантия соблюдения государственных интересов.

Так что не такие уж государственные российские госкомпании.

Источник


Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан. Обязательные для заполнения поля помечены *

*